magadanian

История эта, абсолютно реальная, произошла в эпоху первого правления товарища Путина. Но ввиду обета молчания, наложенного на меня тогда самым крупным банком России, излагаю ее только сейчас.

Первая серия.

Солнечное апрельское утро. Город Новосибирск. Иду, посвистывая птичкой от радости: только что моя мексиканская интернет-подруга Вероника, с которой общался в сети без малого два года, прислала записку. Дескать, кариньо, то бишь дорогой, в июне у меня отпуск, посему хочу приехать к тебе – посмотреть лично на тебя и на твою замечательную страну Россию, о которой столько читала.

Много ли надо неженатому мужику для счастья? Тут же отправляю ответ: жду тебя, дорогая, как российский соловей – мексиканского лета. Бери билет и лети. И не боись, в Шереметьево встречу.

Эх, знал бы прикуп – жил бы в Сочи. Подальше от Новосибирска.

На следующий день из Мексики приходит СМСка: кариньо, не могу купить билет, для въезда в Россию нужна виза.

Так, прикидываю: переоценил я российскую демократию. Или недооценил, что в сущности одно и то же. Но до июня еще два месяца – прорвемся.

Собираю бумаги. Слава богу, во всех моих анкетах сплошные «не имею», «не привлекался», «не сидел», «к государственным секретам допущен не был». Словом, до того идеальный гражданин, что аж самому тошно. За пару дней все готово – осталось нестись кавалерийским галопом в родной ОВИР Дзержинского района города Новосибирска, что я и сделал.

Прибегаю в мыле, как конь Буденного после атаки. Очередь. Жду. Вхожу в кабинет.

Сидит девушка. В погонах. Блондинка. Кольнуло тут меня нехорошее предчувствие – зря, что ли, про эту дамскую масть анекдоты слагают? Ну, да деваться некуда – протягиваю бумаги. Девушка их читает. И...

Как говорят мои друзья-преферансисты в таких случаях – снос в рожу. Летят мои документы мне обратно со словами – заберите и переделайте!

- Что переделать?

- А вы сами не видите? У вас там две фамилии написано. Короче, одну вычеркните, а которая настоящая – оставьте!

Должен сказать: зовут мою любимую подругу Вероника Алехандра Галуэ Лейва. У мексиканцев принята испанская система: человек может иметь одно или два имени (бывает так и так) плюс фамилия отца плюс фамилия матери. И эта комбинация записывается во всех его документах.

- Девушка, но она мексиканка, у нее на самом деле две фамилии!

- Знать не знаю. Оставляйте настоящую, вторую убирайте!

Двадцать минут диалога, тягучего, как детская ириска. Наконец, моя взяла – девушка снова берет бумаги. Смотрю – в руке у нее появляется карандашик, которым она начинает что-то править. Э, милая, я ж профессиональный журналист: могу читать текст вверх ногами с той же скоростью, что и обычный. Так оно и есть: блондинка  зачеркивает имя Алехандра и аккуратно вписывает «Александровна». Вероника Александровна Галуэ Лейва. Застрелиться и не жить.

- Девушка, но Алехандра – это ж не отчество! Это ее второе имя!

- Не морочьте мне голову. Имя есть, фамилия есть, а по правилам между ними может быть только отчество!

Еще двадцать минут диалога. Спинным мозгом и той частью тела, что ниже его, физически чувствую, как звереет очередь за дверью. Наконец, побеждаю окончательно: бумаги мои взяты без правки. Теперь только ждать.

Ровно через месяц  снова переступаю порог того же кабинета. Та же девушка сияет, как майская роза, и щебечет:

- Все в порядке - разрешили въезд вашей мексиканке. Вот ее приглашение для визы. Распишитесь. И не забудьте: как только прибудете в Новосибирск – сразу сюда на регистрацию! Немедленно!

Беру приглашение - зеленую бумажку. Читаю. С ходу темнеет в глазах. Русским языком четко написано: гражданка Мексики Вероника Алехандра Галуэ Лейва приглашается...

Куда бы вы думали – в Россию?

А вот и не угадали – в померший много лет назад СССР! И на обороте бумажки на пяти языках расписано, как искать именно советское, а не российское  посольство.

Вспоминаю все имеющиеся в личном лексиконе матерные слова. Я ж понимаю: союз-покойничек этого бумажного добра на сто лет вперед наштамповал, вот дочка Россия отцовской макулатурой и пользуется на халяву. Но как я это моей мексиканке объясню? Тем более, что я в испанском и она в русском – как две свиньи в апельсинах, все наше общение идет на ее примитивном английском.

Но куда деваться? Звоню Веронике: Верочка, каринья, не удивляйся, но ты вместо России в СССР поедешь. Да, знаю, помер и распался. Но заруби себе на носике – в стране России ничему удивляться нельзя, а то быстро состаришься.

Аргумент подействовал.

Интермедия.

Кутить так кутить - захотела моя Вероника после Новосибирска посетить мой родной город Магадан. А по российским правилам приглашение мексиканке в Магадан может оформить только его житель, там прописанный. Делать нечего, звоню в родной город любимой учительнице химии: так мол и так, дорогая Галина Васильевна, появилась у вас лучшая подруга в стране Мексике, будьте добры, сделайте ей приглашение!

Не подвела меня бесконечно мной уважаемая учительница – сделала. Только вот когда она пошла ту бумагу получать, магаданский ОВИРовец ее спросил – а из какой страны ваша подруга прибывает? Ну, она возьми и ляпни – из Бразилии!

После этого пришлось ей, бедолаге, битых полчаса объяснять на допросе опогоненному служителю закона, что она все же учительница химии, а не географии, а с точки зрения атомов и молекул что Бразилия, что Мексика - в сущности, один фиг. Покривился милиционер, повыпендривался, но бумагу дал. Такую же, зеленую, с тем же текстом – добро пожаловать в СССР!     

Вторая серия.

Как сейчас помню: прибыли мы с Вероникой в славный город Новосибирск в понедельник вечером. Время на осмотр сибирских достопримечательностей – три чистых дня. В пятницу – в Магадан, билеты в кармане.

Вторник. После обеда, строго по графику ОВИРа, бежим регистрироваться. Тот же кабинет. Та же блондинка.

- Так, паспорт...виза...все в порядке. Идите в сберкассу, платите десять рублей госпошины и приходите без очереди – сразу зарегистрирую.

Куда там вымощена дорога благими намерениями?

Беру я свою мексиканку за руку. Летим мы с ней в сберкассу за полтора квартала от ОВИРа. Входим. Диалог с девушкой в окошке – тоже, кстати, блондинкой:

- Скажите, могу я за любимую мексиканскую женщину десять рублей госпошлины уплатить?

- Нет, не можете.

- Это почему?

- А у нас бланков квитанций нет. Выписывать не на чем.

Смотрю – действительно, у кассы пусто. На столе – тоже. Ладно, думаю, бывает, время вечернее, кончились бланки. Завтра с утречка заплатим.

Среда. Идем в сберкассу рядом с домом. Нет бланков. Выясняю, что их по всему Дзержинскому району нет. Более того, за услуги ОВИРа в другом районе по закону платить нельзя. Так, не было у бабы забот – купила баба порося. Мексиканского...

Но делать нечего. Беру Веронику и еду с ней в главную резиденцию новосибирского Сбербанка в центр города. И первое, что мы там видим на первом этаже – сберкасса. А в ней, за блондинистой девушкой номер три – те самые заветные бланки. Много. Но лежат далеко, мне лапой не дотянуться. Подхожу к окошку:

- Простите, можно вон тот бланочек?

- А вам зачем?

- Госпошлину заплатить.

- Какой район?

- Дзержинский.

- Ну вот в свой район и идите! А здесь оплата госпошлины только по Центральному району!

Тут-то я и взорвался: та самая последняя верблюжья соломинка со снайперской точностью легла на спину  магаданскому медведю. Рявкаю по-медвежьи на весь зал на чистом английском языке своей мексиканке – дескать, Вера, сиди здесь и не двигайся, чтоб я тебя потом нашел, когда вернусь. И разъяренным зверем рву наверх – в правление банка.

Охрану на этажах прохожу, как нож сквозь масло. Стражи сбербанковского порядка только икают и козыряют при виде моей мини-библиотеки из трех самых что ни на есть подлинных красных книжечек – пресс-секретаря серьезной федеральной конторы, сотрудника пресс-службы областной администрации и репортера самой влиятельной городской газеты. Ровно через две минуты открываю дверь кабинета заместительницы председателя правления. Слава тебе господи, повезло – на сей раз шатенка. Блондинками к этому моменту я уже был сыт по горло.

В двух словах ласково объясняю даме ситуацию: дескать, уважаемая, у вас тут из-за поганых бланков, цена которым – копейка, международный конфликт намечается плюс конфликт с прессой. Оно вам и вашему банку надо?

Бланков? Каких бланков? Вице-банкирша не верит, берет трубку, звонит в Дзержинский район. Да, подтверждают оттуда – бланки в сберкассах кончились, заказали, но до сих пор не завезли.

Все козыри у меня на руках – крыть нечем. Посему компромисс находим быстро: шатенки – существа разумные. В обмен на мое полное газетное молчание моя собеседница посылает свою секретаршу, и та ради нас с Вероникой смиренно выпрашивает-таки два бланка в собственной сберкассе внизу. Хичкок отдыхает – создать такой сюжет Голливуду не под силу. Фантазии не хватит.

Но для нас день потерян – ОВИР закрылся. Возвращаемся домой.      

Четверг. С утра идем в сберкассу и платим десять рублей. Безбланочный дзержинский народ смотрит на нас с лютой завистью. Но нам чихать на все - наконец-то идем регистрироваться!

Финал. Слабонервным читать не рекомендуется.

Тот же четверг. Вторая половина дня. Тот же кабинет. Та же блондинка в погонах встречает нас уже как хороших знакомых.

- Так, паспорт проверяла...виза в порядке...так, пошлину заплатили, квитанция есть, молодцы...все, можно регистрировать. Когда отбываете из Новосибирска?

- Завтра днем. На Магадан. Вот билеты и приглашение.

Девушка энергично мыслит. Потом расплывается в улыбке.

- Завтра? Так тогда вам можно вообще в Новосибирске не регистрироваться! В Магадане зарегистрируетесь. Счастливого пути и всего самого доброго!!!

Как я ее не удавил в тот момент своими руками, до сих пор не могу понять. Думаю, что врожденный колымский рефлекс сработал – за представителя власти по УК больше дают. Да и для моей мексиканки это было бы, пожалуй, излишне сильным  впечатлением о России и ее нравах.

По дороге домой пришлось закупить три литра отборного немецкого пива для  смягчения комментариев. Ибо Веронике не терпелось узнать, чем же таким мы занимались все эти три дня вместо того, чтобы просто бродить по действительно симпатичному городу Новосибирску действительно красивой страны России...

«Лада Приора» — лучший автомобиль мира
По сочетанию «цена—опции»…

Странички истории:
 1986 год: «ВАЗ должен стать законодателем в автостроении в мире». (Михаил Горбачев, Генеральный секретарь ЦК КПСС, при посещении ВАЗа.)

«Лада Приора» — лучший автомобиль мира

«Лада Приора» — лучший автомобиль мира
По сочетанию «цена—опции»…

Странички истории:
 1986 год: «ВАЗ должен стать законодателем в автостроении в мире». (Михаил Горбачев, Генеральный секретарь ЦК КПСС, при посещении ВАЗа.)

«Лада Приора» — лучший автомобиль мира

Двойное ведение
Что получится, если одновременно начать один и тот же бизнес в России и Китае. Экономический эксперимент на себе

Что получится, если одновременно начать один и тот же бизнес в России и Китае. Экономический эксперимент на себе...

Двойное ведение

Двойное ведение
Что получится, если одновременно начать один и тот же бизнес в России и Китае. Экономический эксперимент на себе

Что получится, если одновременно начать один и тот же бизнес в России и Китае. Экономический эксперимент на себе...

Двойное ведение

ВАЛЕНТИНО — МЭР ЛЕНИНГРАДА
А город основал Педро Первый. Путевые заметки из Мексики, с берегов Финского залива

Мексиканская Чечня — мятежный штат Чапас на пограничье Мексики и Гватемалы, древняя земля индейцев майя, до сих пор хранящая их пирамиды. Была эта территория и гватемальской, и мексиканской, и независимой, но вот советской в своей богатой истории не была ни разу. Тем удивительнее было увидеть на чапасской карте маленький кружочек под названием Leningrado, то есть Ленинград.

ВАЛЕНТИНО — МЭР ЛЕНИНГРАДА

Она сама выбрала Колыму
Там Мама Черная спасала зэков от неминуемой смерти и воевала с лагерным начальством

«В 1944 году в больнице Севлага на Беличьей я рассказала о смерти Осипа Эмильевича Мандельштама Варламу Тихоновичу Шаламову, который попал в больницу как тяжелый дистрофик и полиавитаминозник. Мы изрядно над ним потрудились, прежде чем поставили его на ноги. В больнице с ним познакомился заключенный фельдшер хирургического отделения Борис Николаевич Лесняк, через год после освобождения, в 1946 году, ставший моим мужем. Он горячо ратовал за Шаламова. Я оставила Шаламова в больнице культоргом, сохраняя его от тяжелых приисковых работ, где он долго продержаться бы не смог...».

Она сама выбрала Колыму

Она сама выбрала Колыму
Там Мама Черная спасала зэков от неминуемой смерти и воевала с лагерным начальством

«В 1944 году в больнице Севлага на Беличьей я рассказала о смерти Осипа Эмильевича Мандельштама Варламу Тихоновичу Шаламову, который попал в больницу как тяжелый дистрофик и полиавитаминозник. Мы изрядно над ним потрудились, прежде чем поставили его на ноги. В больнице с ним познакомился заключенный фельдшер хирургического отделения Борис Николаевич Лесняк, через год после освобождения, в 1946 году, ставший моим мужем. Он горячо ратовал за Шаламова. Я оставила Шаламова в больнице культоргом, сохраняя его от тяжелых приисковых работ, где он долго продержаться бы не смог...».

Она сама выбрала Колыму

История без права переписки
По заказу православных генералов тайно готовится единый для всех учебник истории. Все остальные признаны идеологически вредными

«Никакая идеология не может устанавливаться в качестве государственной или обязательной» — записано в статье 13 Конституции.
«Ответом на деидеологизацию должно стать формирование новой государственнической идеологии, на разрушение преемственности поколений — обоснование исторического преемства, на негативизацию прошлого — создание галереи положительных примеров и т.д.»  — это из монографии «Школьный учебник истории и государственная политика», подготовленной Центром проблемного анализа и государственно-управленческого проектирования. Эта книжка — досье на все существующие учебники истории, признающее их «учебниками прежней либеральной генерации», — содержит и рекомендации: каким должен быть учебник истории для российских школьников. Представления прежних лет о том, что он должен быть интересным, емким, наконец, научным, — не актуальны. «Следует осознать значение школьного учебника, как и школьного урока, в качестве государственного политико-управленческого инструментария», — утверждают авторы монографии.

История без права переписки

На Кубе начинается перестройка
Фидель бессмертен, но американцы уже наготове

Алексей Тарасов: Фидель бессмертен, но американцы уже наготове

На Кубе начинается перестройка

Как готовилась война
Исследование Андрея Илларионова о том, что предшествовало августовским событиям 2008 года

Исследование о том, что предшествовало августовским событиям 2008 года...

Как готовилась война

Как готовилась война
Исследование Андрея Илларионова о том, что предшествовало августовским событиям 2008 года

Исследование о том, что предшествовало августовским событиям 2008 года...

Как готовилась война